Мурад Арсланбеков — шеф «Дома Барона» в Махачкале, участник «Поваров на колёсах»
Шеф ресторана Дом Барона в Махачкале. Итальянская и европейская кухня. Открывал Not One в Грозном, участник шоу «Повара на колёсах» на Первом канале (2022).27.07.25
Мурад Арсланбеков родился в Южно-Сухокумске, однако детство и юность прошли в Махачкале — туда семья переехала, когда ему было семь лет. После школы он поступил на специальность программиста, но профессиональная судьба распорядилась иначе: в 2015 году началась карьера в ресторанной индустрии — с позиции в азиатском ресторане.
Руководитель того ресторана был учеником тогда ещё не столь известного турецкого ресторатора Нусрета Гёкче — именно оттуда пришло понимание фишек новой турецкой кухни.
Уже через год, в 2016-м, последовало приглашение открыть суши-бар в родном городе. Так, в довольно молодом возрасте, состоялся первый опыт в роли шеф-повара. В 2017 году следующим шагом стал ресторан современной турецкой кухни в Махачкале — одно из самых заметных заведений города на тот момент. Шефу устроили экскурсию по кухне, и он согласился без колебаний. Именно там началось полноценное раскрытие профессионального потенциала: работа со сложными техниками, формирование собственного подхода к меню и команде.
В 2019 году пришло приглашение из Москвы — в роли бренд-шефа для сети халяльных кафе. Позднее совместным решением стало открытие ресторана Not One в центре Грозного. В декабре 2021 года проект был запущен и быстро стал самым известным рестораном в Чеченской республике — знаковым результатом для шефа и его команды.
В 2022 году Арсланбеков вышел за рамки профессионального сообщества в широкое медиапространство: он принял участие в телешоу «Повара на колёсах» на Первом федеральном канале. Участие в программе стало свидетельством узнаваемости и готовности работать в нестандартных форматах.
В 2025 году последовало новое приглашение — на этот раз в ресторан Дом Барона в Махачкале. Сегодня именно здесь шеф-повар Мурад Арсланбеков работает с европейской и итальянской кухней, принимая гостей в заведении, которое позиционируется как лучший ресторан республики Дагестан. За десять лет он прошёл путь от стажёра азиатской кухни до шефа с федеральной узнаваемостью и несколькими открытыми ресторанными проектами за плечами — каждый из которых становился точкой роста, а не просто строчкой в резюме.
За каждым из этих шагов прослеживается одна закономерность: шеф не задерживался в зоне комфорта. Суши-бар сменился турецкой кухней, турецкая кухня — сетевым брендингом в Москве, московский опыт — флагманским проектом в Грозном. Разные города, разные концепции, разные аудитории — и всякий раз речь шла не о горизонтальном перемещении, а о принципиально другом уровне задачи. Такая траектория формирует шефа, способного читать запрос любого гостя и выстраивать кухню под конкретное место, а не под привычный шаблон.
Приход в Дом Барона в 2025 году логично завершает этот маршрут: европейская и итальянская кухня в главном ресторане Дагестана требует именно той насмотренности и гибкости, которые накапливаются только через реальный разнообразный опыт. Здесь собственный профессиональный язык шефа — выработанный за десятилетие на стыке азиатских техник, турецких традиций и кавказского контекста — получает достойную площадку для высказывания.
За каждым из этих шагов прослеживается одна закономерность: шеф не задерживался в зоне комфорта. Суши-бар сменился турецкой кухней, турецкая кухня — сетевым брендингом в Москве, московский опыт — флагманским проектом в Грозном. Разные города, разные концепции, разные аудитории — и всякий раз речь шла не о горизонтальном перемещении, а о принципиально другом уровне задачи. Такая траектория формирует шефа, способного читать запрос любого гостя и выстраивать кухню под конкретное место, а не под привычный шаблон.
Приход в Дом Барона в 2025 году логично завершает этот маршрут: европейская и итальянская кухня в главном ресторане Дагестана требует именно той насмотренности и гибкости, которые накапливаются только через реальный разнообразный опыт. Здесь собственный профессиональный язык шефа — выработанный за десятилетие на стыке азиатских техник, турецких традиций и кавказского контекста — получает достойную площадку для высказывания.
Десять лет — достаточный срок, чтобы понять: за внешней сменой концепций скрывается внутренняя логика. Каждый новый проект ставил перед шефом задачу, которую предыдущий опыт ещё не закрывал полностью. Азиатская кухня дала базу технической дисциплины, суши-бар — первый управленческий опыт, турецкий ресторан — понимание того, как работает гастрономическая идея, выстроенная вокруг конкретной традиции. Московский период с сетевым проектом потребовал мышления в масштабе: не одна кухня, а система. Грозненский Not One — способности запустить флагман с нуля и удержать его на позиции лидера. Это не карьера человека, который ищет лучшие условия, а маршрут профессионала, который последовательно усложняет собственные задачи.
Появление в Доме Барона в 2025 году вписывается в ту же логику: европейская и итальянская кухня в заведении с репутацией лучшего в Дагестане — это не смена вектора, а следующий уровень требований к точности и вкусу. За десятилетие шеф выработал профессиональный язык на пересечении нескольких кулинарных традиций, и сегодня этот язык звучит в зале, где гости ждут не просто еды, а определённого стандарта. Именно такой шеф — с опытом разных кухонь, городов и форматов — способен этот стандарт не только выдержать, но и задать.
27.07.2025
Другие статьи из рубрики
