Бар
Большая Конюшенная, 27
На Большой Конюшенной, 27 — там, где в 1905 году открылся первый коктейльный бар России, — команда ресторана Goose Goose воссоздала бар «Медведь»: с барной стойкой, архивными артефактами и коктейльной картой, охватывающей три столетия.
На Большой Конюшенной, 27 — там, где в 1905 году открылся первый коктейльный бар России, — команда ресторана Goose Goose воссоздала бар «Медведь»: с барной стойкой, архивными артефактами и коктейльной картой, охватывающей три столетия.
Закрытый зал с атмосферой светского клуба, длинная барная стойка и предметы из петербургских архивов — так выглядит пространство, которое команда Goose Goose выстраивала не по вдохновению, а буквально по документам. Инвентаризационные ведомости, исторические фотографии, газетные заметки дореволюционной эпохи — всё это стало основой интерьера. Журнал «Петрополь», хранящий городскую летопись начала XX века, передал в бар подлинные предметы из того самого заведения: столовые тарелки, серебряные приборы Christofle, оригинальные карточки меню и почтовую открытку. На Удельном рынке отыскался репринт бланка меню ресторана «Дача Эрнест» — документ, связанный с Эрнестом Игелем, имперским ресторатором, который и основал «Медведь» в конце XIX века.
По мнению команды нашего ресторанного гида, «Медведь» — один из самых атмосферных баров Петербурга: коктейли здесь точные, кухня — на уровне, а персонал не давит.
Идеолог и архитектор коктейльного меню — Павел Шитов, шеф-бармен ресторанного сообщества italy. Его карта под названием «Три века коктейльной культуры» разделена на три главы, каждая из которых отражает свою эпоху — XIX, XX и XXI столетие. Отдельный формат — вертикальные дегустации: один коктейль подаётся в трёх вариациях, по одной на каждое время. Среди позиций — спритц с ревенем и крапивой, белый американо на вермуте с шалфеем и дюшесом, петербургский пунш с вишней и пряностями, гречнево-пармезановая маргарита и барбарисовый сазерак. Именно здесь, в баре 1905 года, петербуржцы впервые увидели барную стойку и попробовали алкогольные миксы со льдом — отсюда и пошла коктейльная культура в России.
Архивная работа дала и неожиданные находки. Среди документов Государственного архива Санкт-Петербурга команда обнаружила, что писатель Александр Куприн был завсегдатаем «Медведя» и однажды устроил там потасовку из-за актрисы. А офицерские мемуары Юрия Макарова зафиксировали ощущение от первого визита в бар: взобраться на высокий стул у стойки, получить стакан со льдом и «очень вкусным и пьяным снадобьем» — и почувствовать, что на душе стало легче. Именно этот дух — непринуждённого светского удовольствия — и пытается передать нынешний «Медведь».
Кухонную часть разработал шеф-повар Goose Goose, обратившийся к произведениям классиков XIX века как к гастрономическому источнику. В меню — оливье с говяжьим языком, перепелиным яйцом и перепёлкой, котлеты в стиле Пожарского, рыбник в сдобном каравае с треской и форелью, пельмени с крабом и бульоном, тартинки с салом, шпротами и паштетом, а также расстегайчики с бычьими хвостами, картофелем и грибами. Всё это — блюда, которые в разное время появлялись на столах именно такого рода заведений.
Прежде чем стать постоянным проектом, «Медведь» существовал в формате pop-up — и резонанс оказался достаточным, чтобы бар получил постоянную прописку на первом этаже по тому же адресу, где исторически стоял оригинал: Большая Конюшенная, 27.